Эксклюзив
Куприянов Алексей Анатольевич
07 декабря 2010
12134

Адвокат Алексей Куприянов: `Лексус` ничем не отличается от `Москвича-403`

Так считают в милиции. К сожалению, из-за значительного количества уголовных дел о дорожно-транспортных происшествиях их расследование традиционно сводится к осмотру места происшествия, допросам причастных лиц, экспертизе нарколога и в лучшем случае экспертизе, якобы устанавливающей техническую возможность водителя предотвратить столкновение. Искомая "техническая возможность" устанавливается экспертами-трассологами по эмпирической методике проф. В. Иларионова (с одним "л"), у которой скоро юбилей - полсотни лет. С тех пор, изменилось на дороге все. Конструкция шин и их сцепление с дорогой, конструкция автомобиля и его динамические характеристики, дорожные условия ... . Но к столкновению с участием "Лексуса" или "BMW" в ЭКО (экспертно-криминалистическом отделе и управлении местной милиции) применят коэффициенты, полученные при движении "Москвича-403" на давно не используемых узких радиальных шинах. "Других нет", - разведет руками милицейский эксперт-иларионовец. И, конечно, будет неправ. Есть и много. Это и дорогие зарубежные методики так называемого "второго" и "третьего" поколений, и относительно (только относительно!) дешевая "космическая" методика (те же основы), разработанная В. Никоновым в Уфимском научном центре РАН и позволяющая точно определить углы и скорости столкнувшихся автомобилей. Кстати, именно В. Никонов первым определил, что в известном ДТП на Ленинском проспекте виновен погибший водитель "Ситроена", а не профессионал из лимузина ТОП-менеджера "Лукойла". Но в данной статье хочется сделать акцент именно на работу самого адвоката, который понятно не может заставить следователя пригласить специалиста не из своего ЭКО, а из серьезного научного учреждения, но, зато при достаточной платежеспособности доверителя, обязан пригласить его сам. Адвокат обязан заранее знать: кого, откуда и главное зачем? Однако, - уверен специалист по делам о ДТП Федор Алексеевич Куприянов, кандидат юридических наук, доцент, - прежде чем приглашать "прочниста по кузовам", проектировщика автомобиля или автодорог, психолога, математика - специалиста по теории удара или теории чисел, и проч., и проч., адвокат должен сам, используя свой личный кругозор, разобраться в основах происшедшего. Уже при обращении к эксперту адвокат обязан максимально детально "знать", какой ответ он желает получить. Именно под этот ответ адвокат составлять вопросы и подбирать материалы. Вопросы полезно составлять в контакте с самим специалистом, только если он достаточно часто работает для судов". И мой собственный многолетний опыт, к сожалению, показывает, что не связанному с постоянной экспертной работой специалисту зачастую непонятны задачи судопроизводства. И контрпродуктивно спрашивать: "Чем вы могли бы мне помочь для оправдания подзащитного?" Надо: "Я уверен, что было так-то, потому-то и потому-то. Я прав?" Но для того, чтобы самому своевременно разобраться, как собственно было дело, кругозор адвоката должен быть расширен за счет смежных специальностей. Можно выбирать: самообразование или переподготовка. Курсы переподготовки со сроком от 2 до 6 месяцев существуют чуть ли не по всем мыслимым специальностям. Для адвокатов по ДТП, это в первую очередь образование по психологии, курсы водительского мастерства, для понимания динамики развития автопроисшествий, основы теории чисел (в части определения погрешностей) и теории вероятностей. Мой сын - адвокат Федор Куприянов, доцент Финансовой Академии при Правительстве РФ, кандидат наук по финансовому праву, полгода учился в РУДН по программе "миниMBA" на "руководителя коммерческой организации" только для того, чтобы лучше понимать проблемы своих клиентов - предпринимателей, которые они не всегда способны адекватно сформулировать, а потому неправильно ставят юристу задачи. Применительно к ДТП отметим, что самостоятельно, но детально изучив профильные СНиПы, ГОСТы и регламенты по строительству дорог и ограждений, по сути - обычные правовые акты, узнаете много неожиданного. Например, проехав по Ленинградскому шоссе, увидите, что многие дорожные ограждения сделаны ошибочно и опасны для жизни, что подтверждается и гибелью людей в ДТП, а Дмитровское и Ярославское оборудованы правильно. Не могу забыть вид маленькой "Шкоды-Фабии" надетой на брус ограждения Ленинградки, как кусок мяса на шампур. Широкий профилированный брус прошел из ветрового стекла в заднее, при этом по пять метров бруса торчало с каждой стороны. Ограждение было восстановлено дорожниками через 10 часов после трагической аварии, и осталось ровно таким же безграмотным и опасным, как и было. В начале той же магистрали - Ленинградском проспекте произошло ДТП с участием тренера детской сборной страны по картингу А. Погиб пешеход, пересекавший в темное время суток пятиполосную проезжую часть над подземным пешеходным переходом. Следователя не смутило, что кровь погибшего по алкоголю имела концентрацию пива, - мне ни до ни после не приходилось видеть такого анализа, - и он ничтоже сумняшеся включил в исходные данные для транспортной экспертизы скорость прямолинейного равномерного движения потерпевшего, а также данные из показаний ряда также нетрезвых свидетелей, которые якобы с точностью до полуметра смогли через месяц вспомнить расположение нескольких транспортных средств на проезжей части. Эксперт-иларионовец, как всегда, не спросил следователя: "А какая погрешность у ваших исходных данных?" И сам, злостно пренебрегая законами математики, которые существенно стабильнее отечественного уголовного законодательства, не указал погрешности своих вычислений. Поразительно! Но все до единого экспертные заключения любого рода, в которых не указана погрешность результатов, принципиально не могут быть положены в основу приговора по уголовному делу, так как суд обязан учитывать не средние значения величины, исчисленной экспертом, а среднее значение за вычетом погрешности в пользу обвиняемого (п. 3 ст. 14 УПК РФ). Странно, что с этой систематической ошибкой всего российского правосудия еще никто не дошел до ЕСПЧ. Может без ЕСПЧ разберемся, и перевернем практику? О трагической ситуации с аварийностью на наших дорогах говорили все руководители страны от Горбачева, Ельцина и Черномырдина, до Путина и Медведева, на нее так или иначе обращал внимание весь спектр политических сил от Явлинского и Жириновского до Зюганова и Грызлова. Замечу, правда, что именно в делах о ДТП вдруг начать повсеместно учитывать погрешность и даже просто признать ее наличие - очень сложно, так как при определении погрешностей во всех методиках, родственных методике Иларионова и его древним эмпирическим исследованиям, окажется, что вся методика неприменима к современным реалиям. Они все - одна большая погрешность. В общем, когда я принял дело А. (уже в суде), я понял, что мне нужны психолог, нарколог и математик. Профессор-психолог Барабанщиков, показал, что рекламный щит, висящий над местом ДТП, неизбежно в силу объективных законов человеческого восприятия бессознательно отвлекает водителя и увеличивает для него период от момента начала восприятия движущегося объекта глазом, до момента начала движения ноги с педали газа на педаль тормоза. Он же показал, что человек не способен определять скорости транспортных средств и их расположение на дороге между собой с той точностью, какую свидетели заявляли в допросе. Психолог определил минимальную неизбежную погрешность их показаний для конкретной обстановки. Есть такие исследования. Нарколог показал, что человек, выпивший более литра водки, не в состоянии двигаться равномерно-прямолинейно, а пьяные свидетели вряд ли могут достоверно помнить происшедшее. Математик рассказал суду, что такое погрешность и основы теории чисел. В результате не пришлось даже назначать повторную экспертизу. Сам допрошенный эксперт заявил суду, что с теми погрешностями, которые установлены в судебном заседании, он не сможет дать категорического заключения. Подзащитный был оправдан. В другом деле о ДТП со смертельным исходом водитель "Тойоты" С. сбил в результате взаимодействия двух транспортных средств регулировщика, который стоял на проезжей части спиной к перекрестку и разговаривал по мобильному телефону. Если бы он выполнял свои обязанности по регулированию движения или хотя бы элементарные правила безопасности на дороге, то смог бы пешком отойти от траектории движения автомобиля, летевшего до него чуть ли не полсотни метров после столкновения с другим транспортным средством. Но адвокату не приходится надеяться на адекватную оценку этого обстоятельства судом. На проезжей части остались следы "Тойоты". Следователи и милицейские эксперты-трассологи первоначально приняли их за следы торможения и определили огромную начальную скорость автомобиля в момент аварии. Бывший раллист-любитель и инженер адвокат Алексей Куприянов, я понимал, что при торможении траектория автомобиля была бы несколько иной, и обратился к экспертам за подобным заключением. Но, оказалось, что автомобилисты, в том числе инженеры производителя, в принципе соглашаясь с моим отрицанием торможения, не видят ему альтернативы. Зная нравы наших судов, я понимал, что довод "так не могло быть", суд не убедит. Любой судья спросит, а как было, если не "так"? Тут мне помог собственный опыт вождения. Но если бы его не было, я бы обязательно обратился за разъяснением к специалистам необходимой специальности - к раллистам-профессионалам. Тот, кто смотрит соревнования "Формулы-1" знает, что точность начала и окончания каждого движения гонщика, включая движения глаз, рассчитывается заранее. Выглядит примерно, так: "В такой-то точке, включил третьим пальцем такую-то кнопку подрулевого переключателя, одновременно левая стопа идет на 30 градусов вперед, правая пятка ..., можно взглянуть в левое зеркало". Это называется "легендой". И имеется такое "расписание" по каждому метру трассы. На наших дорогах проще. Но правила и обычаи вождения имеются и у нас. Например, целесообразное поведение опытного водителя следующее: перед перекрестком обязательно торможение; выезжая на перекресток, перекладываешь ногу с педали тормоза на педаль газа и проезжаешь перекресток "внатяг". Если водитель перед перекрестком, хорошо уяснив обстановку, не тормозил, то его нога тем более - на педали газа. Столкновение в описываемом деле произошло на самом перекрестке, в темное время суток, и было для водителя "Тойоты" неожиданным. Где у водителя нога? Смотри выше - на педали газа. После столкновения срабатывает левая боковая подушка безопасности, бьет водителя в левое ухо и он теряет возможность управлять автомобилем. Как рефлекторно поступает водитель, вернее уже его организм, так как сознание в управлении уже не участвует? Ищет точку опоры в первую очередь дальней от удара - правой ногой. Вспоминаем, где у нас нога? На педали газа. А сколько у нас лошадиных сил (под капотом 8 цилиндров) - около 500! Вот теперь все встало на свои места! В протоколе осмотра места происшествия зафиксированы следы разгона мощного автомобиля, а вовсе не следы его торможения. Остальные расчеты были очевидны и полностью подтвердили описанную гипотезу. Следы были признаны следами разгона и бокового скольжения. Обвинение доверителя в превышении скорости, как основной причине ДТП отпало. Любопытно, что в том же деле мне пришлось спорить о толковании, казалось бы, вдоль и поперек откомментированных правил дорожного движения. Инспектора ГАИ, выступая свидетелями, как один, ошибочно толковали обязанности водителя при проезде перекрестка на "левую стрелку, горящую вместе с красным сигналом светофора". Они считали, что водитель не должен пропускать транспорт с встречного для начала его поворота направления. Я указывал на такую обязанность, прямо "прописанную" в ПДД. Мне отвечали: "Так для встречных же в этом случае всегда красный. Они стоять должны!" На соображение о том, что в своем поведении водитель не может додумывать невидимые для него сигналы светофора, а должен строго руководствоваться видимыми, вовсе не задумываясь об остальных, ответа не получал, но каждая сторона оставалась при своих взглядах. А этот момент был ключевым для установления виновности. Опять помогли специалисты. Ученые по безопасности движения. Дела по ДТП для меня - "хобби". В моих любимых экономических делах (уголовных и арбитражных) в каждом процессе я привлекаю не менее двух-трех специалистов, но сначала все тексты кратко пишу за них сам. Понятно, что сажусь писать не ранее, чем проштудирую специальную литературу. Со временем начал интерпретировать даже банковские балансы. Бывает, возникает необходимость создать специальную методику под конкретное дело, двигать науку! Например, по моему заданию начали создавать почерковедческую методику определения того, что лицо, исполнившее рукописный текст на русском языке, изначально обучалось иероглифическому письму. Собирали образцы почерка на Черкизовском рынке. Но банкира-доверителя кончились материальные ресурсы - наука дело недешевое. Хотя до сих пор подзащитный категорически утверждает, что произошла судебная ошибка и документ, признанный судом сфальсифированным "неустановленным лицом" ему принес представитель клиента - китаец и у него не было сомнений в его полномочиях. Но именно адвокат должен был сформулировать такую задачу ученым-почерковедам. Приглашение специалистов в уголовный процесс правильно еще и психологически, прокуроры и эксперты следствия иногда просто стесняются при профессорах повторять свои сомнительные аргументы. Кстати, вся методика В.Иларионова, например, может быть изучена "от корки до корки" за один день. Поэтому привлеченные специалисты - это здорово, но и сам адвокат обязан вести допрос любого эксперта следствия на его языке, а не ограничиваться вместе с судом ознакомлением с выводами. Сегодня заключение эксперта любой специальности можно проверить, покопавшись в интернете. Для начала, следует просто проверить ссылки на литературу и методические материалы, указанные экспертом. Частенько всегда совпадают. Потом, почитав литературу, на которую ссылается эксперт, видишь, что он ее вовсе не применял, а должен был бы. И проч., и проч. Иногда, находишь банальные арифметические ошибки. Вся защита тогда - в исправлении арифметики. Не хочется думать, что эксперты милиции специально подгоняют результат под позицию обвинения, но проверить адвокат обязан. адвокат Алексей Куприянов, руководитель АК "Адвокатская контора Алексея Куприянова" АПМО, член редакционного совета журнала "Уголовный процесс", почетный адвокат России, почетный юрист города Москвы viperson.ru viperson.ru

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован